Omsk state Dostoyevsky literature museum

 

Достоевский и мировая культура
Сборник материалов
молодежной научно-практической конференции

 А.С. Глазырин

Библейские мотивы в творчестве Ф.М. Достоевского

Тема «Библейские мотивы в творчестве Ф.М. Достоевского» очень современна и актуальна именно в наше время. Этот вопрос мало изучен в литературоведении. Часто, особенно применительно к роману «Братья Карамазовы», почти вовсе забывали, что автор прежде всего художник, а не философ и не публицист. Пока у нас не вышло ни одной монографии, целиком посвященной этому вопросу. Целью моей работы является исследование зарождения библейско-христианских идеалов в душе писателя и их отражение в поэтической системе произведений Достоевского. Речь идет не об изучении какой-то «чистой» формы, а об изучении «сцепления мыслей», по выражению Л.Н. Толстого. «Сцепление мыслей», иными словами, система идей художника не может быть раскрыта без проникновения в художественную форму его произведений. В художественной форме, понимаемой как выражение идеи, заключаются такие оттенки мыслей, которые нельзя уловить путем выявления прямо высказанных авторских суждений. С этой точки зрения, изучая форму, мы постигаем последнюю тайну содержания. В особенности это можно отнести к Достоевскому - художнику острейших и глубочайших идей. Форма его произведений - выражение гигантского идейного содержания, сопоставимого по своей значимости, наверное, только с миром Священного Писания.

Истоки обращения автора к библейским образам можно отнести к периоду «романтической» юности. В «Дневнике писателя» в 1873 г . он так вспоминал об этом: «Тогда понималось дело еще в самом розовом и райски-нравственном свете. Зарождавшийся социализм сравнивался тогда… с христианством и принимался лишь за поправку и улучшение последнего, сообразно веку и цивилизации. Все эти тогдашние новые идеи нам в Петербурге ужасно нравились, казались в высшей степени святыми и, главное, общечеловеческими…» 1. Жизнь постепенно развеяла эти романтические взгляды писателя. В период Омской каторги не тяжелый каторжный быт, не ужасы каторги больше всего потрясли Достоевского, а тот факт, что острожники с ненавистью встретили их – дворян – за их атеизм, за их безверие, за бунт! Такой вывод писателя не всегда совпадал с реальной «идеологией» острожников, но он искренно поверил в это совпадение, и наряду с чтением Евангелия это имело решающее влияние на перерождение убеждений Достоевского.

В «Дневнике писателя» он признается: « Мне трудно было бы рассказать историю перерождения моих убеждений… Убеждения вторично рождаются в человеке, на его глазах, в том возрасте, когда у него достаточно опыта и проницательности, чтобы сознательно следить за этим глубоким таинством своей души» 2.

В первом же послекаторжном письме к Н.Д. Фонвизиной Достоевский рассказывает ей, в каком направлении шло перерождение его убеждений: «…Я сложил себе символ веры, в котором для меня все ясно и свято. Этот символ очень прост; вот он: верить, что нет ничего прекраснее, глубже, симпатичнее, разумнее, мужественнее и совершеннее Христа, и не только нет, но с ревнивой любовью говорю себе, что и не может быть. Мало того, если бы кто мне доказал, что Христос вне истины, то мне лучше бы хотелось оставаться с Христом, нежели с истиной» 3.

Отныне и навсегда «сияющая личность» Христа заняла главное место в новом миросозерцании Достоевского. В 1874 г . он говорил своему молодому другу Всеволоду Соловьеву о значении каторги для его духовного развития: «…Мне тогда судьба помогла, меня спасла каторга… совсем новым человеком сделался… Я там себя понял… Христа понял… русского человека понял и почувствовал, что я и сам русский, что я один из русского народа» 4.

Из революционера, атеиста рождается верующий человек. Но нравственно-религиозная организация общества связывается у бывшего пропагандиста утопического социализма с мечтой о «золотом веке», о земном рае, о братстве всех людей. Показывая широкую и исторически правдивую картину общественной жизни Росси своего времени, писатель всегда оставался «реалистом в высшем смысле». Но христианская вера была им всесторонне выстрадана, и ею он наделяет всех своих любимых героев.

После каторги и ссылки религиозная тема становится центральной темой творчества Достоевского. В 1870 г . он писал своему другу, поэту А.Н. Майкову: «Главный вопрос…, которым я мучился сознательно и бессознательно всю мою жизнь, - существование божие» 5.

Эпилог «Преступления и наказания» имеет автобиографическую ценность. Эволюция Раскольникова от «безбожника» (однажды каторжники все разом напали на него с остервенением: «Ты безбожник! Ты в бога не веруешь! – кричали ему. – Убить тебя надо!» Он никогда не говорил с ними о боге и вере, но они хотели убить его, как безбожника») к вере – это и эволюция самого Достоевского на каторге.

Проблема религиозности Достоевского, сущность православной этики в ее взаимоотношениях с этической концепцией писателя – это идея усовершенствования мира путем христианской нравственности. Самая трудная проблема на этом пути – это проблема мирового зла. Преодолевается она у Достоевского мистической идеей вины каждого за всех (вот почему православный Миколка берет на себя вину Раскольникова). Неотомщенное безвинное страдание заставляет Раскольникова и Ивана Карамазова отвергнуть мир во имя оскорбленного нравственного чувства, требующего мести, но есть нечто более высокое, чем месть – это прощение и любовь.

Спасает и воссоединяет падшего человека с богом только любовь, считал Достоевский. Сила любви такова, что она может содействовать спасению даже такого нераскаявшегося грешника, как Раскольников. Религия любви и самопожертвования приобретает исключительное и решающее значение в христианстве Достоевского.

«Без высшей идеи не может существовать ни человек, ни нация, - писал он. – А высшая идея на земле лишь одна, а именно – о бессмертной душе человеческой… Есть один закон – закон нравственный». Раскольников попробовал нарушить этот закон – и пал. Вот почему после «Преступления и наказания» должен был обязательно появиться роман «Идиот», после «бунтаря» Раскольникова, проповедовавшего «разрешение крови», - идеальный «князь-Христос» - Лев Николаевич Мышкин, каждым жизненным шагом проповедующий любовь к ближнему.

Князь Мышкин – правда, попавшая в мир лжи; столкновение и трагическая борьба их неизбежны и предрешены. Это столкновение и эту борьбу Достоевский считал религиозным столкновением и религиозной борьбой. В словах генеральши Епанчиной «В бога не веруют, в Христа не веруют!» выражена заветная идея писателя: нравственный кризис, переживаемый современным ему человечеством, - это религиозный кризис. О, как созвучна эта идея некоторым духовным реалиям нашего времени!

Лев Николаевич – это отчасти художественный автопортрет самого Достоевского, как духовно, так и физически. Физически – он награждает любимого героя собственной болезнью – эпилепсией. Духовно – совпадение важных жизненных этапов Мышкина и его создателя: мечтательная юность, четыре года вне жизни (каторга), «перерождение убеждений», встреча с Христом, возвращение в Петербург, черты Аполлинарии Сусловой в образе Настасьи Филипповны, потрясающий рассказ князя о главном событии в жизни писателя – смертной казни на эшафоте.

Следующий крупный роман «Бесы» - это грозное пророчество писателя о надвигающихся на мир катастрофах, это – роман-предупреждение, это – призыв к бдительности людей. Достоевский был, наверное, единственным человеком, кто из конкретного уголовного нечаевского дела сделал глобальный вывод: на мир надвигаются Нечаев и ему подобные «бесы», которые будут шагать по трупам для достижения своих целей, для которых всегда цель оправдывает средства и которые даже не замечают, как постепенно средства становятся самоцелью 6.

Но этот роман – не безысходная трагедия. У Достоевского всегда «свет во тьме светит, и тьма не объяла его». Используя евангельскую притчу об исцелении Христом бесновавшегося человека, Достоевский верит, что Россия и мир в конечном итоге излечатся от таких бесов, как Нечаев. Однако появление Нечаева он связывает прежде всего и главным образом с безверием. Вот почему он намечает в романе «Бесы» идейную связь между нечаевцами и петрашевцами и, переживая появление Нечаева в России как свою личную трагедию, считает себя – бывшего петрашевца – тоже ответственным за распространение атеизма.

Последняя вершина творчества писателя – «Братья Карамазовы» - это его духовная биография, его путь от атеизма в кружке петрашевцев (Иван Карамазов) до верующего человека (Алеша Карамазов). Достоевский связывает разложение феодально-крепостнической России и рост революционного движения с безверием и атеизмом. Нравственная идея романа, борьба веры с неверием («дьявол с богом борется, и поле битвы – сердца людей», - говорит Дмитрий Карамазов) выходит за пределы семейства Карамазовых. Отрицание Иваном бога порождает зловещую фигуру Инквизитора. «Легенда о Великом Инквизиторе» - величайшее создание Достоевского. Смысл ее в том, что Христос любит каждого, в том числе и того, кто его не любит. Он пришел спасти грешников. Поцелуй Христа есть призыв высочайшей любви, последний призыв грешников к покаянию! В этом идея Достоевского, всю жизнь волновавшая его заветная тема о страданиях и счастье человечества, которое возможно только через постижение христианских идеалов.

______________________


1 Ф.М. Достоевский в воспоминаниях современников. В двух томах. Т. 1. М., 1964. С. 131.
2 Селезнев Ю. Достоевский. М., 1981. (Серия: Жизнь замечательных людей. Вып. 16). С. 161.
3 Белов С.В. Федор Михайлович Достоевский. М., 1999. С. 95.
4 Ф.М. Достоевский в воспоминаниях современников. В двух томах. Т. 2. М., 1964. С. 199 – 200.
5 Достоевская А.Г. Воспоминания. М., 1981. С. 122.
6 Трифонов Ю. Загадка и провидение Достоевского // Новый мир. 1981. №11. С. 239-244.