Omsk state Dostoyevsky literature museum

 

Материалы научно – практической конференции “Литературное наследие Сибири”.

"ТЕМА СИБИРИ В ПОЭЗИИ ПЕТРА ЛЮДОВИКОВИЧА ДРАВЕРТА" -
А.И. Морозова - студентка пятого курса Омского государственного университета имени Ф.М. Достоевского.


У девушки в сердце прекрасном
Растил ты большие кристаллы,
Они отливали то красным,
То смутным желаньем опала.
Шумели могучие сосны,
Ты юношу вел по Урману
К вершинам скалистым, где весны,
Смеясь, разгоняли туманы.
С тобой обращали мы взоры
На небо, где звездная лира,
Туда, где пути метеоров
Чертили историю мира.
----------В.В. Берников на смерть П.Л. Драверта (Берников В.В Таким я знал Драверта // Кировец (Омск), 1979, 16 янв.)

Петр Людовикович Драверт – с одной стороны, талантливый ученый-энциклопедист: минералог, метеоритолог, геолог, краевед, - с другой, талантливый, очень интересный и своеобразный поэт. Кроме того, он преподаватель, коллекционер (автографы, монеты, минералы) и первый сибирский экслибрист. Личность уникальная и по чисто человеческим качествам и по особому типу мышления, включающему на равных правах научный склад ума и поэтический.

Сейчас имя Драверта почти забыто. Как ученый он был включен во второе издание Большой Советской Энциклопедии в 1952 году, но в третьем издании в 1972 году он уже не упоминается. С Дравертом-поэтом дело обстоит, кажется, лучше. В 1993 году его стихотворения включены в сборник «Серебряный век русской поэзии», в 1994 году его стихотворение «Четыре» включено в сборник «Строфы века: антология русской поэзии», его имя можно найти в Краткой литературной энциклопедии. Пока оставались люди, которые знали его лично, периодически появлялись статьи о нем. К 100-летию со дня рождения в 1979 году наблюдается взрыв интереса к Драверту, выходит много статей, отдельные книги, в том числе самый полный на сегодняшний день сборник его стихов и прозы «Незакатное вижу я солнце». Но все это выходит в Новосибирске. В Омске выходит только сборник его избранных стихов «Стихи о Сибири» в 1957 году и самый полный из существующих библиографический указатель его научных работ, стихотворений и литературы о нем. В дни празднования 100-летия со дня рождения именем Драверта обещали назвать улицу на Левом берегу, но дальше обещаний дело не пошло. Со второй половины 80 гг. публикаций о нем практически нет. Такое положение дел несправедливо, ведь Драверт в Омске прожил и проработал полжизни.

Драверт родился в Вятке в 1879 году. Он происходит из потомственной дворянской семьи, где принимали Герцена, Салтыкова-Щедрина. Стихи начал писать еще студентом Казанского университета. Первые два сборника, как считают исследователи, были не очень удачными, носили подражательный характер, прежде всего К. Бальмонту. Сам Драверт не любил эти свои стихи, в автобиографическом письме называл их «порядочной лирической дребеденью» (Драверт П.Л. Из писем // Драверт П.Л. Незакатное вижу я солнце: (Стихи, проза). – Новосибирск: Зап.-Сиб. кн. изд-во, 1979. - С. 219.) и не включал их в свои последующие сборники. Ссылка в 1906 году в Якутию за участие в революционном движении круто изменила не только его жизнь, но и его поэзию. Как не парадоксально, но сложись его жизнь по-другому, и не появись в его творчестве благодаря этой ссылке темы Сибири, хорошего поэта из него могло бы не получиться. Сибирь становится его темой на всю жизнь, именно на этой теме вырабатывается его творческое своеобразие. Драверт пишет: «Природа Якутии показалась мне своей, родной. Первое, навеянное ею, стихотворение «На Вилюе в начале зимы» я написал, будучи в Сунтарской экспедиции». (Драверт П.Л. Из писем // Драверт П.Л. Незакатное вижу я солнце: (Стихи, проза). – Новосибирск: Зап.-Сиб. кн. изд-во, 1979. - С. 220.) Это было в 1908 году. Казалось бы, ссылка должна была наложить свой отпечаток, но Сибирь не предстает перед нами как «страна изгнания», уже здесь перед нами богатый, полный жизни край с особой своеобразной красотой. Интересно, что, уже переехав в Омск, Драверт не теряет связи с Якутией: выписывает периодические издания, сам печатается. Читаем дальше: «В Томске, куда я попал из Якутии, я стал писать стихи, преимущественно посвященные природе Якутского края. Была какая-то сильная потребность передать в этой форме свои впечатления». (Драверт П.Л. Из писем // Драверт П.Л. Незакатное вижу я солнце: (Стихи, проза). – Новосибирск: Зап.-Сиб. кн. изд-во, 1979. - С. 220.) В результате появляется сборник «Под небом Якутского края», принесший поэту известность и признание.

В 1914 году Драверт стал действительным членом Русского Географического общества. Из-за гражданской войны он уезжает в Сибирь, при этом потеряв большое число дневников из экспедиции, записей, материалов. С 1918 года он в Омске.

Он член редакции «Сибирской Советской Энциклопедии», автор ряда статей, предназначенных для энциклопедии. Занимается метеоритикой (нужно сказать, что метеоритика только начинает складываться, и Драверт считается основателем метеоритики наряду с такими учеными как академик В.И. Вернадский, академик А.Е. Ферсман), преподает, ездит в экспедиции, пишет стихи. Журнал «Сибирские огни» издает в 1923 году его сборник «Стихотворения».

Драверта несколько раз арестовывают, один раз на несколько месяцев по делу о краеведах.

В 1920 году ему предлагают кафедру в Уральском университете в Екатеринбурге, он отказывается. В 20-х гг. Академия наук предлагает ему заведование метеоритным музеем в Москве, квартиру, но он отвечает такими словами: «До конца своего Сибири не изменю!». В письме к другу, живущему в Московской губернии, он пишет: «Вы совсем обрусеете там, особенно в тиши Сергиева Посада. Разве там уж так хорошо?» (Драверт П.Л. Письмо к П. Черных // Лейфер А.Э. Сибири не изменю!.: Страницы одной жизни. - Новосибирск: Зап.-Сиб. кн. изд-во, 1979. - С. 57.)В стихотворении «Возвращение» (1911) дается ответ на то, почему для поэта было так принципиально важно остаться:

И снова белеющий снежный покров
Степной неизмеренной шири,
И белые тайны дремучих лесов
Бескрайно-великой Сибири.
Поклон тебе низкий, родная страна!
Я весь твой, с душою и кровью.
Ничто не разрушит меж нами звена,
Скрепленного давней любовью. (Драверт П.Л. Возвращение // Драверт П.Л. Северные цветы. – Новосибирск: Зап.-Сиб. кн. изд-во, 1968. – С. 58.)

Сибирь для него не просто край, а страна, родная, отдельная страна. В стихотворении «Сибири» (1922) есть строчки: «Тебе одной мои напевы, Стране холодной, но живой». (Драверт П.Л. Сибири // Драверт П.Л. Северные цветы. – Новосибирск: Зап.-Сиб. кн. изд-во, 1968. – С. 9.) Это не оговорка, не красное словцо. И поэтому уехать в ту самую тишь Сергиева Посада для него немыслимо. Это будет изменой его стране, которой он необходим. Какая может быть тишь, если ему еще очень много нужно сделать. Драверт очень четко это понимает. И жизнь для него кипит именно в Сибири, а не в Москве.

Не будь он ученым, не было бы у него такой удивительной научной поэзии. Драверт принес в поэзию свой словарь, свою музыку. Именно своему научному опыту Драверт обязан многими поэтическими находками. Поэт стоит на уровне современного научного знания. Уже из этого факта следует то, что такой поэт не сможет говорить о каких-то вещах так же, как любой другой, это уже особый взгляд, «глаз геолога». Ему не достаточно передать общее впечатление: например, берег реки, усеянный цветами, звездное небо. Он знает, какие именно цветы растут на этом берегу, он знает, какая именно речка здесь течет, он знает, какие именно звезды сияют над его головой, и какие породы и минералы находятся у него под ногами. И, зная все это, он и пишет иначе. Его энциклопедическому кругозору тесно в пределах традиционной образности и тематики.

Тает флер морозного тумана
Сонмы звезд в бессмертной наготе.
Ярок блеск лучей Альдебарана,
Альтаир в спокойной красоте. (Драверт П.Л. Белая дорога // Драверт П.Л. Северные цветы. – Новосибирск: Зап.-Сиб. кн. изд-во, 1968. – С. 35.)

Не просто звезды, а Альдебаран, Альтаир. География его поэзии широка и необычна: бухта Находка, Барабинская степь, Аил Колташ, Тайшет, горы Хараулаха, Оклекминские пещеры.

Пейзажи Драверта отличает научная точность наблюдения. Иллюстрацией к этому могут служить следующие строки:

Настойчиво смотрю, вникая жадным оком
В прохладный изумруд обманчивой воды, -
И странно мнится мне, что я на дне глубоком
Ищу недавних волн струистые следы. (Драверт П.Л. Байкальские сонеты // Драверт П.Л. Северные цветы. – Новосибирск: Зап.-Сиб. кн. изд-во, 1968. – С. 60.)

Этот «взгляд геолога» проникает за пределы видимого и дает возможность более глубокого понимания истины.

В связи с этим интересны его размышления о творчестве: «По-моему, каждый художник должен быть искренним, правдивым. Все, что исходит от него должно быть его личным… Затем он должен быть широко образованным человеком. Интуиция художника или писателя в связи с его знаниями наиболее приближает к истине рождаемого произведения. Мне кажется, что писатели недалекого будущего обязательно должны пройти через горнило естественных наук». (Драверт П.Л. Из писем // Драверт П.Л. Незакатное вижу я солнце: (Стихи, проза). – Новосибирск: Зап.-Сиб. кн. изд-во, 1979. - С. 221.)

В стихотворениях Драверта заметен профессиональный навык наблюдения природы, а именно способность отделять главные признаки от второстепенных, выбирать наиболее точные слова и образы для выражения какого-либо явления.

Е. Беленький, характеризуя особенности поэзии Драверта, употребил термин «геологическая образность». (Беленький Е. Поэт сибирской природы // Писатели-сибиряки. - Новосибирск:, 1959, вып.2. - С. 15.) И действительно, существует статья С. Лаптева, друга Драверта и тоже ученого, «Минералы в поэзии П.Л. Драверта», где есть такие слова: «Полстолетья напряженных исканий, безраздельной и упрямой любви к камню, к самоцвету в сочетании с поэтическим талантом – явление исключительное… Минералы в жизни Драверта – это источник поэтических творений, ярких образов и глубоких волнений». (Лаптев С. Минералы в поэзии П.Л. Драверта // Иртыш. – Омск, 1995. – Вып. 1. – С. 192)Лаптев отмечает, что поэт очень бережен и осторожен в использовании минералов и самоцветов в своих образах и метафорах и использует их только там, где они наиболее точно выразят нужный образ.

На примере стихотворения Драверта «Сибирий» (1915) можно рассмотреть некоторые особенности его поэзии:

Неизвестный еще элемент
В енисейском берилле открыл я.
Дал ему я Сибирий названье
В честь его материнской страны. (Драверт П.Л. Сибирий // Драверт П.Л. Северные цветы. – Новосибирск: Зап.-Сиб. кн. изд-во, 1968. – С. 76.)

Итак, в стихотворении описывается радость открытия, открытия нового элемента. Что интересно, Драверт, действительно, открыл новый минерал в Омском Прииртышье – но назвал он его по-другому - ермакит.

Чувства ученого – редкая тема для поэзии. Наука не ассоциируется с чувствами, она ассоциируется с разумом. Но Драверт ломает эту установку, он показывает, что наука связана с эмоциями, которые возможно передавать через поэзию ничуть не хуже, чем традиционные чувства:

Как звенят вдохновенные крылья
В завершающий светлый момент!

Мотив открытия как активного постижения реальности характерен для всех его стихотворений о Сибири. Здесь срабатывает профессиональный навык исследователя, ему мало любоваться, ему нужно открывать, понимать.

Сочетание в одном лице ученого и поэта порождает комплексное мироощущение, пытающееся охватить все стороны бытия. Ориентация на космичность вообще характерна для рубежа 19 и 20 века. В это время быстрыми темпами растет научное знание и складывается новый тип культурного деятеля, который не ограничивается одной областью интересов, он расширяет свой кругозор и создает наиболее благоприятные условия для диалога и культурного синтеза. Один из удачных и продуктивных случаев этого диалога представляет собой поэзия П.Л. Драверта. И наше счастье, что реализовался он как поэт именно в теме Сибири. Драверт за счет своих профессиональных навыков ученого обогатил образность, географию стихотворений о Сибири, взглянул на этот край, «родную страну» для него, «взглядом геолога», проникающим в сферу невидимого.