Омский государственный литературный музей имени Ф.М. Достоевского


Я. Большаков
"Мой Сенька"

До Сеньки у меня была собака. Но с собакой столько хлопот: два раза в день, как минимум, с ней нужно гулять; после прогулки, если на улице грязно, необходимо вымыть ей лапы; пока собака растет, обувь, перчатки и прочие пригодные для разгрызания вещи от неё надо прятать. Собаку надо часто купать и делать ей прививки. А главное, её надо пристраивать на время отъезда. А кому охота: гулять с чужой собакой рано утром перед работой и поздно вечером после работы, ухаживать за чужой собакой? Проблема. Поэтому, после того как мой Чарлик, отравившись какой-то гадостью, проглоченной во время прогулки, ушел в мир иной, я, погоревав, решил завести кота. «Всё – таки с котом хлопот поменьше», - наивно рассуждал я. И как же жестоко я ошибался!

Утро порадовало. Рядом с Сенькиными ванночками в туалете было сухо. Молодец, Сенька, не промазал! По крайней мере, сегодня. Вылил и вывалил из ванночек, а их у него две, для разных нужд, сполоснул всё и, порядок. Не надо мочить тряпку, вытирать ею пол в туалете, предварительно посыпав его стиральным порошком (отбивает запах), потом эту самую тряпку тщательно прополаскивать и развешивать на ведре в ванной, для просушки. Вам смешно, а я это проделываю регулярно, два - три раза в неделю, вместо зарядки. Достав из холодильника кусок говяжьей селезенки, свиную кошкам - нельзя, бросил его в чашку – ешь скотинка! Теперь можно и собой заняться. Однако радость моя была недолгой – Сеньку стошнило. Это бывает, это нормально. Так кошки очищают желудок, особенно часто - длинношерстные. Выташнивает Сеньку обычно там, где он в этот момент отдыхает после трапезы. В этот раз он отдыхал на кухонном радиоприемнике. К счастью, на сам приёмник почти ничего не попало. Убрал, замыл, ругнулся.

Недавно Сеньке исполнилось девять лет. По-нашему, по человеческому, исчислению – шестьдесят три года. Солидный возраст. Теперь он меня старше и, боюсь, что на этом основании, он начнет требовать от меня ещё больше заботы и уважения. Хотя куда уж больше. За селезенкой я езжу на дальний рынок. На нашем рынке её не продают, а в ближайшем магазине селезенка иногда бывает, но только свиная. Другие мясные продукты ему не очень нравятся, да и подороже они, мягко говоря. Каждый день (ну, почти каждый) я его расчесываю пуходёркой. Правда, ни мне, ни ему эта процедура удовольствия не доставляет, но что делать – Сенька перс, точнее полуперс. Он крупный котяра, весь покрытый чистейшей белой, длинной роскошной шерстью, которая, если её не расчесывать, имеет тенденцию спутываться, сваливаться. У Сеньки оранжевые, всегда, почему – то, немного удивленные, круглые большие глаза, слегка приплюснутая морда, длинный пушистый хвост. Сенька у меня красавец. Его появления у себя я ждал не один месяц. Дело в том, что у подруги моей дочери живет очаровательная кошка, Аська. Шкурка у неё - белый, с желтыми и коричневыми подпалинами, великолепный мех - чистокровная персиянка с соответствующими документами. Мне она безумно нравилась и, когда она забеременела, я встал в очередь претендентов на её потомство. Аська окотилась пятью котятами, совершенно отличной от неё расцветки. Два котёнка, котик и кошечка, были абсолютно белыми, а три других абсолютно чёрными. Вспомнили, что летом Аська, вместе с хозяевами, отдыхала на даче. Хозяева пару раз замечали прогуливающегося вдоль забора огромного черного кота, но значения этому не придавали, а напрасно. Короче, Сенька и его братья и сестры по окоту, персы только наполовину. Все котята были как котята, и только один, белый котик, требовал к себе повышенного внимания матери. Самый шустрый и крупный, он отталкивал своих более слабых родственников от Аськиных сосков, а позже уже и от миски с молоком, до тех пор, пока не насыщался сам. Вам ясно, кого из пяти котят я, пользуясь блатом, взял себе?

Как только стало возможно оторвать котенка от матери, дочка привезла его ко мне. Было это зимой, а зимой у нас в Сибири, иногда, бывает очень холодно. Всю дорогу дочь держала его под шубкой, согревала собственным теплом. И через год он её «отблагодарил» - изодрал в кровь руки и лицо, когда она попыталась вынести его во двор на прогулку. И осталось ей только восклицать: « Ах, боже мой, какого негодяя пригрела я на собственной груди». Она же и имя ему придумала.

Сенька рос. Из маленького пищащего пушистого белого комочка вырос уверенный в себе, упитанный котофей. Кастрировать я его не стал, пожалел мужика. Но и с кошками не знакомил. Один мой товарищ как – то поведал мне, что он своего сводил однажды к кошечке и тот метить перестал, и до сих пор не метит. Это какую же страшненькую кошку надо найти, чтобы отбить у кота желание навек! Пусть уж лучше он этих вертихвосток вообще не знает!

И стали мы с моим котом дальше жить – поживать. Сенька поумнел. Но, очевидно от обиды, когда меня долго нет дома, делает лужу прямо в коридоре, перед входной дверью. И, перед уходом из дома, я вынужден запирать его в туалете. Это ему оч-ч-чень не нравится. И когда, уходя, я включаю телефонный автоответчик (а каждое нажатие на кнопки моего телефона сопровождается писком), Сенька тут же шмыгает под диван. Причем, если я просто звоню, он спокойно себе лежит. Каким образом он отличает обычный набор номера, при звонке абоненту, от набора при включении автоответчика, остается для меня загадкой. Приходится вытаскивать его за шкирку, или за длинный хвост и нести в туалет. Иногда он прячется под кровать, на пылящуюся там раскладушку. Тогда я вытаскиваю его вместе с раскладушкой, приговаривая: «Выплывают расписные Сеньки белого челны». Но, чаще, я использую более щадящий метод выдворения кота из комнат. Перед тем как уйти, я насыпаю в Сенькину чашку сухой корм. Корм я достаю из шкафчика в коридоре. Сенька, услышав скрип открываемой дверцы шкафчика, пулей летит к кормушке. Подождав, пока он насытится, беру за шкирку и - в туалет, и дверь закрываю. Как – то раз, в тот момент, когда я, открыв дверцу шкафчика, полез за кормом, зазвонил телефон. Сделав пару шагов по направлению к телефону, я вдруг обнаружил, что дальше двигаться не могу, поскольку сзади, обхватив передними лапами лодыжку моей отставленной ноги, по полу волочится Сенька. Обращенная ко мне его мордашка выражала крайнее изумление: «Ты, блин, куда, хозяин? Стой! А еда?!». Представляю, как это выглядело со стороны. Смех, да и только. Такое я видел, пожалуй, лишь в мультфильмах.

И только однажды у нас с ним случился конфликт. Серьезный конфликт, с кровопролитием. Как – то раз, чуть ли не на моих глазах, Сенька «замочил» весьма нужные мне бумаги. То ли ему содержание не понравилось, то ли свежий запах типографской краски, не знаю, только бумаги пришлось выкинуть. Рассвирепев, я схватил подвернувшуюся под руки газету, взял левой рукой Сеньку за загривок и оной газетой стал его охаживать. Очевидно, я переусердствовал, а хватку ослабил. Сенька извернулся и вцепился зубами и лапами в карающую его десницу. Боль была дикая! Я разжал левую руку, но кот и не думал отцепляться. Он продолжал впиваться зубами в мою правую, одновременно отталкивая её задними лапами. Ну, всё, решил я, истеку кровью, погибну от лап любимого и, до сей поры, любящего меня кота. И даже когда мне удалось оторвать злодея от себя, он не убежал. Кот стоял рядом со мной, стонущим и причитающим, и смотрел мне в глаза, не мигая, ничего не выражающим взглядом. Только после пинка, не спеша, зверюга направился в сторону кухни. Кровь из руки текла весьма обильно, но вены и артерии, похоже, задеты не были. Обработав раны и перебинтовав руку, я задумался. Вспомнил, как кто-то мне говорил, что если кот поднял на хозяина лапу, а тем более зубы, то с ним надо расставаться - раньше или позже, это повториться. Я решил подождать хотя бы до завтра. А через полчаса Сенька, виновато волоча хвост (ну, прямо, как собака!), подошел к моим ногам и уткнулся в них носом. И я его простил. С тех пор прошло уже лет пять. За эти годы ничего подобного ни разу не случалось.

А однажды летом он выпал из окна моей квартиры, с пятого этажа. Подвело его любимое им занятие. Погнался за мухой, она в окно, он за ней на подоконник и… дальше. Я стоял в дверях комнаты, кинулся к окну, выглянул – нет Сеньки! Сначала это даже немного успокоило - живой значит, удрал на своих. Выбежал во двор, обежал дом кругом, осмотрел все укромные места вокруг – Сеньки нигде не было, исчез! Походил по соседним дворам, порасспрашивал играющих в песочницах ребятишек, не видели ли, мол, белого котика, не пробегал ли мимо. Никто моего Сенечку не видел. Что делать, развесил на подъездах объявления стандартного содержания: «Пропал белый кот, порода персидская. Нашедшего, убедительно прошу позвонить по телефону…». Подумал, и добавил: «Вознаграждение гарантирую».

Прошло два дня, никто мне не звонил. Только теперь я понял, насколько Сенька мне дорог. При всех своих минусах, он был очень ласковым котом, привязанным ко мне необыкновенно. Сенька ходил за мной буквально по пятам. Я на кухню - кот за мной, я в комнату – он следом, я на диван – и он туда же. Полежит, полежит рядом, а потом встанет и уставится мне в глаза, как будто спрашивает: «Можно на колени?». «Залезай, - разрешал я милостиво, – чего уж там». Залезал осторожно, не спеша, предварительно потрогав лапой ложе – не опасно ли, мол, не свалюсь ли. А потом лежал, мурлыкал, мордой стараясь спрятаться в мою, поглаживающую его мягкую головушку, ладонь. Я даже оду ему посвятил. Вот она.

Ода Сене

Сегодня, в этот день весенний
я оду посвящаю Сене!
Мой Сеня кот, каких немного.
Да, для других он недотрога,
но я приду не в настроении,
летит навстречу пулей Сеня!
Он лбом своим в меня уткнётся.
Ну, кто же тут не улыбнётся!
Я спинку Сене почешу.
Проблемы? Я их все решу!
Да что мне груз мирских забот,
когда со мною Сеня, кот!
За ушками его треплю.
Ах, Сеня, я тебя люблю!

И вот теперь его со мною не стало. И что мне было делать, как быть?

На третий день, после пропажи, я взмолился: « Господи, - умолял я, - если ты есть, верни мне моего Сенечку! Зачем он тебе? А я к нему привязался, он давно уже член моей и так небольшой семьи. Мне плохо без него, я скучаю о нём. Обещаю тебе, что буду любить его ещё сильнее, чем раньше. …И в тебя уверую окончательно. Помоги мне, Господи!».

Звонок в дверь раздался минут через десять. Сердце моё ёкнуло. Дверь открыл не спрашивая: «Кто там?». На площадке стояла молодая женщина. В левой руке она держала на поводке симпатичного пуделька, а на правом плече….. А на правом её плече, взъерошенный, с вытаращенными глазами, судорожно вцепившись всеми своими четырьмя лапами в кофту, сидел мой Сенечка!

- Ваш?

- Мой! Сенька! Ты где пропадал?!

- Да у подъезда сидел он, в аккурат у Вашего объявления. Джек к нему кинулся, а он и не убегает даже, сидит и шипит только.

- Иди ко мне, Сенечка, иди, хороший мой! Подождите, я Вам хоть коробку конфет вынесу.

- Да что Вы, не надо ничего. У самой вот Джек терялся. Спасибо, добрые люди привели.

- Нет, нет, я сейчас, подождите.

Никаких повреждений, даже ушибов на Сенькиных лапах, я не обнаружил. Только белая шерстка местами чуть-чуть потемнела, запылилась слегка. Потом я вычитал, что наименее опасны для кошек, при падении с высоты, этажи с третьего по пятый. Да, но ведь вообще никаких следов от падения! Позже друг шутил: «Ветер был? Да при такой пушистости, тебе надо было его на другой стороне улицы искать!».

Идут годы. Как и раньше, я стараюсь не оставлять Сеньку надолго одного в комнате, убираю от соблазна свежие газеты, а уходя, запираю его в туалете. Сеньку я люблю. Кот на все мои заботы отвечает лаской и преданностью. Вот и сейчас мой любимец развалился на мониторе, свесив на экран пушистый хвост. «Сенька, ну не мешай! Я же о тебе рассказ сочиняю!» - умоляю я. …А обращаясь к Богу, что, впрочем, бывает не часто, я уже не добавляю: – «Если ты есть».

 

< вернуться назад