Омский государственный литературный музей имени Ф.М. Достоевского

 

Достоевский и мировая культура
Сборник материалов
молодежной научно-практической конференции

Е.А. Чистая

Этические взгляды Достоевского

 Каждый подлинный художник вступал в поединок со временем. Пожалуй, самый яркий пример – Федор Достоевский.

А кем только не объявляли Достоевского! И заговорщиком – поставили на Семеновском плацу в ожидании петли. И реакционером – год за годом журналистские перья вершили над ним позорный ритуал гражданской казни. Газеты петербургских биржевиков, издания московских «прогрессистов» в один голос поносили его, сбиваясь на базарную брань. И все-таки он не сдался. «Дневник писателя» никогда не сойдет со своей дороги, никогда не станет уступать духу века, силе властвующих и господствующих влияний…». Это не только формула самого любимого и долговечного из журналов, издававшихся писателем. Это – «символ веры». На всю жизнь.

«…Не запугивайте себя сами, не говорите: «Один в поле не воин» и проч. Всякий, кто искренно захотел истины, тот уже страшно силен», - писал Достоевский в одной из глав «Дневника». Он назвал ее «Русское решение вопроса».

Если в душе есть нечто не дающее коснеть в бездействии, то, что писатель назвал желанием истины, человек обретает великую силу. «Не подражайте, - настаивал Достоевский, - некоторым фразерам, которые говорят поминутно, чтобы их слышали: «Не дают ничего делать, связывают руки, вселяют в душу отчаяние и разочарование» и проч. Все это фразеры и герои поэм дурного тона, рисующиеся собой лентяи. Кто хочет приносить пользу, тот и с буквально связанными руками может сделать маску добра».

Как всегда, Достоевский пророчески прозорлив. «И со связанными руками» - вроде бы риторический оборот. Но спустя годы лучшим людям России связали руки, отправили в СЛОНы, ГУЛАГи.

Писатель прозаически расшифровал свои апокалиптические пророчества. С мрачной экспрессией Достоевский набрасывает картину современного мира: «Наступает вполне торжество идей, перед которыми никнут чувства человеколюбия, жажда правды, чувства христианские, национальные и даже народной гордости европейских народов. Наступает, напротив, матерьялизм, слепая, плотоядная жажда личного материального обеспечения, жажда лишнего накопления денег всеми средствами – вот все, что признано за высшую цель, за разумное, за свободу, вместо христианской идеи спасения лишь посредством теснейшего нравственного и братского единения людей».

Страшно читать? Узнать в прочитанном день сегодняшний – страшнее. Но задумаемся и обретем надежду – раз текст и сейчас звучит современно, значит, за целое столетие не так уж преуспела «слепая, плотоядная» сила, значит, приостановилось, хотя, конечно же, отнюдь не замерло вовсе победное шествие антихристианских идей. Кто же отодвинул сроки? Лучшие люди России – духовные борцы: писатели, церковные подвижники, ученые, а вместе с ними и практические деятели. Может быть, потому и жива еще сегодня русская культура (пусть порушенная и сожженная, но прорастающая сквозь пепел новыми и новыми живыми побегами), жива сама Россия, хотя и растерзанная, обескровленная, униженная, может быть мы с вами живы потому, что нашлись люди, не давшие себя запугать.

«Я человек, и пока живу, то могу страдать, мучиться и иметь стыд за свой поступок. «Жизнь и мир от меня зависят» (Из набросков к «Дневнику писателя»).

Итак, что же есть современность, что мы наблюдаем сегодня в России, столь любимой Достоевским? Если назвать одним словом - это кризис. О чем сегодня говорит народ в автобусах и поездах, в очередях к врачам и чиновникам? О чем пишут газеты, что сообщают телепередачи? О воровстве и коррупции; о виртуозности лжи и лицемерия на всех уровнях; о произволе бездушных чиновников; о падении культуры, нравственности, порядочности и человечности; о пьянстве и издевательствах в армии; о брошенных детях и заказных убийствах; о бесправии народа, о торговле людьми, наркомании, проституции и все новых и новых трагедиях на воде, на суше, в воздухе и под землей. Парадоксально, но кажется, что сегодня, несмотря на открытие тысяч новых храмов, мы ушли еще дальше от Бога, чем в «застойные» богоборческие времена.

Что же говорит нам по этому поводу Достоевский? «В том и ужас наш, что такие мрачные дела перестали для нас быть ужасными! Вот чему надо ужасаться, привычке нашей, а не единичному злодеянию того или другого индивидуума. Где же причина нашего равнодушия, нашего чуть тепленького отношения к таким делам, к таким знамениям времени, пророчествующим нам незавидную будущность? В цинизме ли нашем, в раннем ли истощении ума и воображения столь молодого еще нашего общества, но столь безвременно одряхлевшего? В расшатанных ли до основания нравственных началах наших или в том, наконец, что этих нравственных начал, может быть, у нас совсем даже не имеется?» - пишет он в романе «Братья Карамазовы» (речь прокурора).

Достоевский не только призывал жить по совести, но и сам непреклонно шел по тернистому пути самосовершенствования, пытаясь разгадать великую тайну жизни. Его нравственная устремленность не может не восхищать.

Как же преодолеть все это? На это вопрос Достоевский отвечает на открытии памятника Пушкину: «Смирись, гордый человек, и, прежде всего, сломи свою гордость. Смирись, праздный человек, и, прежде всего, потрудись на родной ниве ... Воспрянь, духовный человек, и преобрази самого себя. Только так ты преобразишь мир!»

Может быть, именно от того все беды нашей социальной жизни, что из нее ушло, вернее, было вытеснено само понятие совести. И здесь потрудились все: и средства массовой информации, и Дума, и культура, и образование, и медицина, и наука, и водители, и каменщики, военные и политики. Где наша совесть? Ее в 1922 году вместе с людьми высокой чести и духовного таланта «выселили» из России? Ее расстреляли вместе с царской семьей в Екатеринбурге? ... Или вывезли вместе с миллиардами долларов за рубеж?.. Или?..

В чем же корень неисчислимых бед России? Ответ в романе «Бесы»: «Вся суть русской революционной идеи в отрицании чести». А честь, как известно, внешнее выражение совести. Был нарушен главный закон - закон Совести.

Однако никогда Достоевский не был пессимистом, его вера в Россию была незыблемой. Потому что он видел не только ту Россию, где русскому человеку «честь только лишнее бремя…», а иную Россию, идущую к святости. Достоевский рассмотрел в народе «особый тип», в романе «Подросток» он пишет: «У нас создался веками какой-то еще нигде невиданный высший культурный тип, которого нет в целом мире - тип всемирного боления за всех» (мировая отзывчивость).

Идея осознания вины за все и всех чрезвычайна важна. Только при таком понимании всеединства появляется по-настоящему бескорыстный мотив преобразить жизнь красотой, милосердием, общинным ее устроением. В одном из своих писем брату Федор Михайлович пишет: «Я не хочу мыслить и жить иначе, как с верой, что все наши девяносто миллионов русских (или там, сколько их народиться), будут все когда-нибудь образованы, очеловечены и счастливы. Я знаю и верую твердо, что всеобщее просвещение никому у нас повредить не может. Верую даже, что царство мысли и света способно водвориться у нас в нашей России, еще скорее, может быть, чем где бы то ни было ... Я не знаю, как все это будет, но это сбудется».

Мы живем в очень смутное время, однако что-то в нашем социуме пусть едва уловимо, но все же меняется к лучшему. Неужели прекрасный жизненный путь великого писателя не является достойным примером для всех нас? А если может, если мы все же способны приблизиться к тайне Достоевского, которая есть жизнь живая, то нужно не только внимательно перечитать, осмыслить его духовное завещание, но и ввести его в повседневную жизнь.

Как прекрасный гимн мудрости звучат бессмертные слова Федора Михайловича, обращенные к нашим сердцам: «Стремитесь всегда к самому высшему идеалу! Разжигайте это стремление в себе как костер. Чтобы всегда пылал душевный огонь, никогда чтобы не погасал! Никогда!»